Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

на выставке

О судьбе

Гордый чайник среди чашек
Раздувается, сияет,
Паром, как плюмажем, машет,
Поклонения алкая.

Так петух, крикливый, вздорный,
Гребешком трясет спесиво
Среди курочек покорных,
Квохчущих: «Какой красивый!»

Станет Петя супом смачным,
Чайник носик обломает…
Но пока что – как удачно! –
Оба ничего не знают.
на выставке

"Иосиф и его братья" Томаса Манна

Впервые прочитала в 13 лет. Родители взяли с собой эти два увесистых тома на хутор в Игналину, где мы проводили лето, и Манн переходил из рук в руки, мы читали его все, и, случалось, спорили, кому сейчас брать книгу – оторваться было трудно.

Тогда радостно поразило: удивительные, но слишком короткие библейские истории ожили в диалогах и подробностях – этого так не хватало в первоисточнике! Хотелось узнать еще и еще – и вот, пожалуйста!

Перечитала уже в Израиле. И книга зазвучала совсем иначе. Сказочные танахические названия оказались географической реальностью, в которой я живу.

В Беэр-Шеве родились и выросли Иаков и Эсав, оттуда Иаков бежал, обманом выманив первородство у брата. Где-то на Гилеадском хребте Лаван догнал Иакова, тайно ушедшего из его дома вместе с чадами, домочадцами и нажитым богатством. В Шхеме сыновья Иакова устроили резню в отместку за сестру Дину. Могила Рахили, пещера в Хевроне, купленная Авраамом и ставшая фамильным склепом, Бейт-Эль, где Иакову приснился сон о лестнице – всё это в часе, двух часах езды от меня, и я везде была, и ощущала себя внутри древней истории, которая приблизилась до того, что ее можно потрогать руками.

Collapse )
мир удивителен

Мать-ехидна

Дети – это счастье. А также наша боль, вина, недоумение… Нет, я не буду обо всех, это неправильно, я только о себе.

Когда рождается ребенок, происходит грандиозное изменение в планетарной системе твоего мира, приходит такой Коперник и переворачивает всё. До того ты был центром своей жизни. Радовался, переживал, познавал, страдал, любил, творил. Вокруг тебя вертелись твои друзья, любимые, враги, заботы, огорчения и победы.

А тут, держа в руках это крохотное существо, ты понимаешь, что всё мгновенно изменилось. Оно – в центре твоей Вселенной. А ты, со всеми твоими желаниями и переживаниями – на орбите его существования.

В «Анне Карениной» есть гениально точное наблюдение. После долгих родов Кити, когда Левин метался в ожидании, он увидел своего первенца. И первым «было сознание новой области уязвимости».

Да, страх, многочисленные страхи, сменяющие друг друга за этого человечка – неизменные составляющие того счастья, которое ты испытываешь рядом с ним. И еще, да, твоя уязвимость. Через него тебя можно достать и уничтожить, это самое слабое место в той защите, которое ты выстроил против хищного интереса зла к тебе.

Хлопоты, тревоги и радости вокруг младенца – это только начало, самое простое. А он растет, молниеносно меняется, в нем углубляется сознание. И при всей своей генетической наследственности и внешнем сходстве – он не ты. А совершенно незнакомая планета, сходство только обманывает. И чем дальше, тем он сложнее, в нем просыпаются страхи, тревоги, мечты, желания, планы, надежды. Он всё больше вступает в контакты с социумом, и социум его меняет и пытается обломать, подмять под себя.

И тут остро требуется твоя помощь, о которой он не просит чаще всего. И вообще, познание этой неизвестной планеты, ее климата и законов требует твоего максимального внимания. Более того, если ты что-то понял в своем ребенке, то это быстро теряет ценность, потому что он растет и меняется стремительно. И то, что тревожило его вчера, сменилось сегодня совсем-совсем другим.

Но ты, которому стоило бы не спускать глаз и постоянно изучать этот мир, не можешь этого. Потому что ты занят. Ты занят нормальными и необходимыми вещами – работой, выживанием для себя и ребенка, сотней тысяч вопросов и проблем, которые ты должен решить и одолеть. Особенно в новой стране, добавлю я. И ты неизбежно упускаешь то многое и важное, что происходит с твоим ребенком. Не можешь не упустить. И вот уже тебя встречает не вчерашний малыш, который радостно мчался к тебе и прыгал на тебя, обхватывая ногами, а хмурый подросток, который глядит в сторону, раздражается от любого вопроса и скучно бубнит, что у него всё в порядке. У него к тебе, матери-ехидне, столько претензий, и многие из них справедливы.

Потом это понемногу рассасывается. Твой ребенок растет, мужает, уже сам, без тебя, одолевает множество трудностей, ощущает вкус успеха, радость полноценности своего мира, в центре которого он находится. Через это начинает относится к тебе снисходительно, покровительственно и заботливо. И многое уже тебе прощает – не потому, что понял, а потому что он уже большой и сильный, а ты – что с тебя взять? – мать-старушка.

Но он обязательно что-то поймет, когда ощутит, что центр его Вселенной сместился на крохотное беспомощное существо, а у него появилась огромная область уязвимости.
на выставке

ТРИ КОРОТКИХ БАЛЕТА –

Иржи Килиана, Андониса Фониадакиса и Хофеша Шехтера, объединенных в единое действо под общим названием «Антитеза»

Прежде, чем попытаться рассказать о каждом из этих балетов, что само по себе дело неблагодарное – как словами передать то, что происходит в танце? – попытаюсь обозначить то общее, что я увидела в работах этих замечательно ярких современных мастеров.

Забыты все понятия классического балета – все эти па-де-де, плие, па-де-ша… Танцоры ползают по сцене, катаются по ней, сталкиваются в прыжках, скручиваются. Все движения, все возможности пластики используются для работы на образ.

Исчезли пачки, пуанты, костюмы. Минимум условной одежды, ничего не отвлекает от мощной работы тел.

Ушло понятие цельного балета, написанного великими композиторами. Артисты танцуют под стихи и прозу, под технический скрежет, под тишину, под разные музыкальные отрывки, под ритмический стук – под всё что угодно. Звуковой фон не сливается с танцем, но часто контрастирует, спорит с ним, усиливает напряжение дисгармонии.

Этот балет не рассказывает прекрасные сказки, он поднимает мучительные вопросы нашего времени.

Collapse )
на выставке

Таксист

- Что такое "такси- комфорт"? Это машина более высокого класса. Вот как моя, но мне всё некогда заехать переоформить её как "комфорт". А надо, на простом такси не заработаешь на жизнь. У нас сегодня вообще не заработаешь, в Питере вон только за последний год 10% бизнесов закрылось. И ведь не понимают, идиоты, что страна процветает, если работает малый и средний бизнес, а не гиганты промышленности... 

- Я тут ненадолго, вот переоформлю "шенген" и уеду, уже в шестой раз. Автобусы вожу заграницей. Где? А везде в Европе, куда фирма пошлет. Я же не от себя, а от фирмы. Фирма деньги гребет, а нам чуть отстегивает...

- У меня бизнес был: хозтовары. Пошёл я налоги оформлять. Мне приятели сказали: книжку возьми туда. Взял книжку. Прочитал всю. Сижу. Два часа сижу в очереди, три сижу. Захожу в кабинет. Там чиновница, молодая девка, блондинка крашеная. На каждом пальце по два кольца. Я стою перед ней - там даже сесть негде - а она по мобильнику треплется: брать ей кремовые сапоги или белые,  кремовые или белые...

Я послушал, послушал и сказал: 
-  Девушка, может про сапоги потом выясните?

Так она мне насчитала: с каждого рубля дохода - рубль и пять копеек налогов... Конечно, нарочно. А исправить её ошибку заняло больше полугода. Так и оставил бизнес, ну его.

- Выборы губернатора сейчас. Так из кого выбирать? Нынешний столько нагреб  - в руках не унести. А на смену ему такой же  - отпочковался от "Единой России", поскольку знает, как нынче народ единороссов "любит". Якобы он независимый кандидат, не от партии, а сам по себе. Нагнал журналистов и при них дал денег на какой-то детский сад. На один. А у самого квартира 200 метров в элитном посёлке.  Лозунг выдвинул: "Каждому водителю - по лопате в машину!". Это, значит, чтобы самому зимой машину выкапывать и дорогу разгребать. Я сразу понял  - это мой кандидат... Не, при Матвиенке хоть как-то город убирали. А теперь заявляют: на снегопад брошено аж 8 единиц снегоуборочной техники! А эта техника скребок приподнимет на 30 сантиметров  - и "работает".

Только верхний слой срезает, самый мягкий - так и бензину меньше уходит, и план выполняется. Рапортуют: очищено десять трасс. А там остались ледяные колдобины - езди, как хочешь.

Вот при Сталине жизнь была  - порядок,чистота! Хозяин!

Питер
профиль

На букву "А"

Мне было четыре года, когда мы втроем – папа, моя двоюродная сестра, которой тогда уже было семь лет, и я – играли в словесную игру.

Перекидывали друг другу мячик, и один говорил начало слова, а тот, кто ловил мяч, должен был сходу закончить, угадав задуманное. КОШ – КА, ТАРЕ-ЛКА, УЛ-ИЦА.

Мне страшно хотелось выиграть. Я кинула мячик сестре и сказала:
- А –

- -рбуз.

- Нет!

- -ист.

- Нет!

Сестра надула губы, я понимала, что выигрываю. Подключился папа, чуя назревающее напряжение.

- Абажур?

- Нет!

- Автомат?

- Нет!

- Ну, скажи следующую букву.

- Не скажу! Сдавайтесь!

- Ладно, сдаемся. Какое слово?

И я гордо произнесла:
- А-БЕЗЬЯНА!
профиль

Устами младенца

Мой шестилетний сын рассуждал вслух:

- Папа у нас талантливый... И деда талантливый... Я тоже талантливый... А вот ты, что ты вообще умеешь? Книжки читать, что ли? *скептически*

И ведь как прав-то был! Сыну уже 33, а я так больше ничему и не научилась.
профиль

Вот это по-нашему!

«Трагическая гибель трех мальчиков в реке»
Социальную сеть захлестнуло горем. Пост собрал три тысячи лайков и множество рыдающих смайликов.

Появились короткие и длинные сообщения об этом событии. Люди, знавшие этих ребят, рассказывали urbi et orbi, какими они были чудесными, умными, талантливыми. Мир потерял в их лице великих людей - президентов, судей, властителей дум.

Один френд вякнул, что в жизни они не всегда были совершенством, но его тут же гневно забанили.

Том насладился всем этим потоком горя и похвал и открыл новый аккаунт под именем Оливера Твиста.
на выставке

Озадачили

Я подкармливаю уличных кошек. Не то, чтобы они во мне нуждались – у нас везде стоят разовые тарелки с кормом и миски с водой. Коты сытые, ленивые, довольные. Просто один местный котяра, рыжий бандит с рваным ухом и выцарапанным в боях глазом, всякий день, по непонятным причинам, встречал меня радостным мурчанием, терся о туфли и всячески выражал свою симпатию.

Так тянулось года три, и, в конце концов, он меня приручил, то есть прилапил. Разбудил мою совесть, как декабристы Герцена, и теперь я не выхожу из дома без горсти кошачьей еды. А вчера решила разнообразить подношение и наломала в пакет еще и сосиску. Хорошую сосиску, оторванную от собственного обеда.

Так вот, эти помойные кошки выели все свои мюсли, брезгливо обойдя куски сосиски. Сосиску растащили всеядные вороны.

Вот я и думаю, почему?

1. То ли кошки настолько привыкли к сухому корму, что другой уже не воспринимают?
2. То ли сосиска сделана из такой дряни, которую умные звери в рот не берут?
3. То ли – чем черт не шутит! – иерусалимские коты соблюдают кашрут?
мир удивителен

Самоощущение

Есть женщины, ощущающие себя ослепительными красавицами. Это никак не связано с их реальной внешностью – они могут быть красивы, могут быть уродливы. Но держат себя, как красавицы, ходят, говорят, одеваются, как красавицы. «Я – самая обаятельная и привлекательная! Все мужчины без ума от меня!». И так их и воспринимают. Из самых известных примеров – Лиля Брик, Лариса Рейснер. Скорее, некрасивы, но мужчины сходили от них с ума.

Есть мужчины, которые считают себя неотразимыми донжуанами, покорителями любой дамы. Брюхастый, неумный и наглый пошляк свободно подъезжает к прекрасной женщине на улице и уверен, что он осчастливливает ее своим вниманием. Вот тут я не уверена, что это всегда срабатывает… Может, женщины менее внушаемы? Но отказ его не смущает, не заставляет усомниться в себе.

На любой работе есть сотрудники, непоколебимо уверенные в собственных талантах, в своих решениях любых вопросов, в том, что они – самые-самые подходящие товарищи для этой и любой высокой должности.

Это еще замечательно изобразил Евгений Шварц в «Голом короле». Глупый и бездарный король искренне считает себя великим и умным. И вот он притормозил перед комнатой ткачей, чью ткань не мог увидеть дурак или тот, кто не соответствует своему месту.

КОРОЛЬ: Да… Ткань-то особенная… Конечно, мне нечего беспокоиться. Во-первых, я умен. Во-вторых, ни на какое другое место, кроме королевского, я совершенно не годен. Мне и на королевском месте вечно чего-то не хватает, я всегда сержусь, а на любом другом я был бы просто страшен.

Collapse )