Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

мир удивителен

РОМАН"ЗУЛЕЙХА ОТКРЫВАЕТ ГЛАЗА", ГУЗЕЛЬ ЯХИНОЙ

Конечно, это неправильно: сначала посмотреть фильм, потом читать книгу. Но так уж получилось. Устыженная друзьями, книгу прочла. И сериал, вполглаза просмотренный, не помешал, их связывает разве что гениальная игра Чулпан Хаматовой.

Спасибо, друзья, я давно не получала удовольствия от сегодняшней литературы, даже награжденный всякими премиями. А этот роман – талантливая проза, особая образность, свой язык, свой взгляд на мир.
При этом, роман очень неровный. Попробую рассказать о впечатлениях.

Первая часть – татарская деревня, жизнь в семье через видение и ощущения Зулейхи – самая мощная. Выписала масляными красками, где-то выпуклые пастозные мазки, где-то тончайшие лессировки. Ты физически ощущаешь весь этот мир, с его разнообразными предметами, их весом, тактильным к ним прикосновением, запахами, движением с ними и между ними.
Он зрим, красив и очень страшен: Зулейха, не знавшая ничего другого, гордится своим «хорошим мужем», при этом она в доме наподобие рабочей скотины, рабыни. С ней не говорят, ей отдают короткие приказания, унижают, бьют, а любовь мужа – изнасилование.

Дальше язык романа меняется. Та плотная живая реальность, что была вначале, заменяется условно-схематичным ее описанием с точечными вставками живых деталей, взятых очевидно из рассказов тех, кто это пережил. Но их не хватает, чтобы наполнить прозу плотью. Ритм монотонен, энергетика часто падает, буксует. То же и с персонажами: то какое-то лицо проступает выпукло, ярко (точная реплика, реакция), то снова уплощается, становится схемой.

И всё поселение Семрук на Ангаре мало реально. Как будто начато полотно, что-то набросано – проглядывают будущие домики, наброски людей, но ничего не дописано, огромные куски чистого холста.

Но всё можно простить за дивные страницы, где Юсуф, мальчик, ничего не знающий, кроме Семрука, познает свой огромный мир: поселок, тайга, Ангара. А потом учится видеть живопись, и пространство его духа и фантазии расширяется и крепнет.

Так же прекрасна история с живописцем Иконниковым, воссоздающим в бараке кистью мир Парижа и Ленинграда, по памяти, а еще пишет свою Сикстинскую капеллу на потолке, выданную тупому гэбисту за наглядную агитацию.

И, конечно, это не роман о «раскулачивании» и о людях, брошенных в нечеловеческие условия. Это, скорее, притча, достигающая в отдельных местах высокой поэтичности. И концовка ее – печальная и притчевая, но с крохотной надеждой на свет впереди для Юсуфа.
мир удивителен

Роман Полански, фильм «Офицер и шпион», 2019


Кадр из фильма: слева полковник Пикар (Жан Дюжарден), справа капитан Альфред Дрейфус (Луи Гаррель )

О деле Дрейфуса я узнала в восемь лет, когда прочла «Дорога уходит в даль», книгу, ставшую любимой на годы. Там впервые я столкнулась с понятием особого положения евреев.

Личное знакомство с этим предстоит позже, а читая о том, как «особо» принимали в специальную гимназию-институт группу еврейских девочек, создав для них специально сложнейшие вступительные экзамены, рассчитанные на жесткий отсев, я страдала вместе с ними и сама себе говорила, что ведь это было давно, до революции.

И да, дело Дрейфуса. О нем живым, образным языком рассказывает собравшейся вильнюсской прогрессивной интеллигенции учитель из революционеров, который присутствовал на втором суде над Дрейфусом в Равенне и был свидетелем тогдашних событий во Франции: шабаша черной сотни, продажного суда. Но также сил, мужественно противостоящих всей нечисти: полковник Пикар, Эмиль Золя, прогрессивная пресса. И страшно тогда радовало меня: всё-таки мы победили! И все всё поняли, и больше такого не может быть!

Роман Полански о еврейском вопросе знает не понаслышке. Когда в 1942 нацисты ликвидировали краковское гетто и гнали евреев в лагеря смерти, отец вытолкнул его, восьмилетнего, из колонны, и мальчишку до конца войны прятали знакомые поляки. И вот сейчас он сделал фильм о деле Дрейфуса. Главным героем фильма стал не ошельмованный, ложно обвиненный в шпионаже офицер Дрейфус, а полковник Пикар.
Лично полковник не любит евреев и тем не отличается от большинства своих сослуживцев. Но столкнувшись по службе с делом Дрейфуса, отбывающего тяжелейшее наказание на Чертовом острове (ему запрещено разговаривать с охраной, и на ночь его заковывают в ручные и ножные кандалы), Пикар быстро раскрывает, что шпионом германской разведки был не Дрейфус, а офицер Эстергази, и помогал ему полковник генштаба Анри. У него все доказательства на руках, но генералитет Франции не хочет скандала: он предпочитает покрыть шпиона – из своих, графа, аристократа, чем признать невинно осужденным чужака-еврея.

По Франции проходит волна еврейских погромов. Пикара сажают в тюрьму «за разглашение государственной тайны», адвоката Дрейфуса ранит перед судом нанятый киллер. Но прогрессивные газеты шумят, но Золя печатает свое знаменитое письмо «Я обвиняю!»
Из лучших моментов фильма – каждый, из тех, кого жесткими точными словами обвиняет Эмиль Золя, читает в газете абзац, обращенный лично к нему.

Я уже не восьмилетняя девочка, которая сопереживала рассказу Александры Бруштейн, но при просмотре этого фильма во мне поднималась всё та же бессильная горечь и боль за Альфреда Дрейфуса – честного человека, патриота Франции, талантливого офицера. Униженный, лишенный чести, содержащийся в невыносимых условиях долгих пять лет, он не покончил собой, о чем мечтали его обвинители. Он продолжал твердить о своей невиновности, чтобы очистить свое имя, ради своей чести и своей травимой семьи.

Фильм сильный, актеры и операторская работа великолепны. Меня несколько огорчили две вещи: периодически падающая энергетика фильма и – отсутствие катарсиса победы. О возвращении Дрейфусу всех его званий и наград, восстановлении его в армии рассказывается в завершающих титрах. А так бы хотелось это увидеть собственными глазами!

"В марте 1904 года кассационный суд постановил произвести дополнительное следствие, и 12 июля 1906 года новый процесс признал Дрейфуса полностью невиновным; все обвинения с него были сняты, и он был восстановлен в армии и награждён орденом Почётного легиона"

Но, конечно, режиссер лишил нас этого сказочного праздника победы добра над злом сознательно. Рано пока ликовать, то же зло бесчинствует в мире. Да и по отношению ко времени событий фильма Холокост еще впереди, и мы об этом помним.
на выставке

ТРИ КОРОТКИХ БАЛЕТА –

Иржи Килиана, Андониса Фониадакиса и Хофеша Шехтера, объединенных в единое действо под общим названием «Антитеза»

Прежде, чем попытаться рассказать о каждом из этих балетов, что само по себе дело неблагодарное – как словами передать то, что происходит в танце? – попытаюсь обозначить то общее, что я увидела в работах этих замечательно ярких современных мастеров.

Забыты все понятия классического балета – все эти па-де-де, плие, па-де-ша… Танцоры ползают по сцене, катаются по ней, сталкиваются в прыжках, скручиваются. Все движения, все возможности пластики используются для работы на образ.

Исчезли пачки, пуанты, костюмы. Минимум условной одежды, ничего не отвлекает от мощной работы тел.

Ушло понятие цельного балета, написанного великими композиторами. Артисты танцуют под стихи и прозу, под технический скрежет, под тишину, под разные музыкальные отрывки, под ритмический стук – под всё что угодно. Звуковой фон не сливается с танцем, но часто контрастирует, спорит с ним, усиливает напряжение дисгармонии.

Этот балет не рассказывает прекрасные сказки, он поднимает мучительные вопросы нашего времени.

Collapse )
на выставке

О нелюбви к опере

Сейчас признаюсь, как на духу: я не люблю оперу. Да, интеллигентные культурные люди без оперы жить не могут. Да, мой собственный сын – оперный дирижер… Но истина дороже. Сейчас попытаюсь объяснить эту свою ущербность.

Во-первых, у меня ограниченное восприятие, а большинство опер – безумно длинные. Я не о «Кольце Нибелунга» садиста Вагнера – этот гениальный кошмар тянется 15 часов, и надо быть маньяком оперы, чтобы не вынесли из зала твой изнасилованный звуками посиневший труп! Я об обыкновенных операх, типа «Мадам Баттерфляй», которая тянется больше трех часов. А «Хованщина» Мусоргского – 4 часа 40 минут! Нет, послушать несколько арий я могу, это красиво, впечатляюще. Но три-четыре часа музыки! Стремительно засыпаю, чтобы не умереть.

Во-вторых, сама специфика оперы требует безумных страстей, пафоса, сверх сильных чувств, романтических любовей и смертей – а у меня на весь этот перебор романтики – тяжелая идиосинкразия.

Collapse )
мир удивителен

ФИЛЬМ «ФРАНЦУЗ» АНДРЕЯ СМИРНОВА

Молодой француз с русскими корнями, член коммунистической партии Франции, приезжает в Москву в самом начале «хрущевской оттепели», чтобы заниматься славистикой в университете. Наивный идеалист, ничего не понимающий в мире, в котором очутился, вброшен в эту реальность, как котенок в воду, и смотрит на всё свежим, не отягощенным опытом и знаниями взглядом. Тип Кандида, придуманный Вольтером, с тех пор и застрял в Искусстве, как один из самых острых приемов, помогающий хирургически взрезать ткань времени и места.

Оттепель. ХХ съезд, реабилитация заключенных, международный фестиваль молодежи, мощный поток молодой лирической поэзии, бурная активность художников-леваков, полуразрешенный джаз. Молодость, верящая в то, что теперь-то наступило ее время – свободное и счастливое.

Но фильм Андрея Смирнова лишен малейшей идеализации этого периода российской истории. Черно-белый, снятый почти ручной камерой (великолепная работа оператора Юрия Шайгарданова), он приближает нас к происходящему, как приближают документальные ленты.

Весь этот мир только внешне благополучен: студенческие танцульки, балет, джаз, ресторан ВТО, любовь. Художник Оскар Рабин, «лианозовец», устраивает домашние показы картин – еще несколько лет до «бульдозерной выставки». Алик Гинзбург выпускает независимый альманах «Синтаксис» (в фильме он назван «Грамотей») со стихами Кушнера, Ахмадулиной, Бродского и пр. Но под этой тонкой кожицей оттепели – мрак: чудовищная нищета, злоба и уродство коммуналок, всеобщая тяга напиваться любым алкоголем до полного забвения. И везде стукачи, прослушки, глаз Большого Брата.

И везде человеческие развалины, чудом выжившие в лагерях. Кто-то при этом остался верным марксистом - персонаж Михаила Ефремова. Кто-то сохранил достоинство и точную память обо всем – потрясающая сцена, сыгранная Натальей Теняковой и Ниной Дробышевой. А кто-то в разговоре с юным Кандидом поднимается от мычания послеинсультного алкаша до мыслителя и философа – блестящая роль Александра Балуева. Каждый персонаж – личность, за каждым разговором – история человека и история страны.

Никуда прошлое не делось, и оно определяет и судьбу влюбленных, разлучая их навсегда, и будущее СССР – к концу фильма приходит известие о том, что арестован Алик Гинзбург ( июнь 1960), а все стихи для следующих номеров альманаха, громадное количество, вывезены гэбистами на грузовике. Фильм и посвящен памяти Александра Гинзбурга, одного из самых мужественных диссидентов, трижды сидевшего в лагерях.

До сих пор мало кто знает о хрущевских посадках, которые, конечно, уступали по масштабу предыдущему людоедскому периоду истории, но были – ведь карательная система никуда не девалась и продолжала работать. Мой дед повторно сел по доносу в день, когда я появилась на свет - 24 февраля 1957 года.

Очень «нефильмовый» фильм – больше разговоров, чем действия. Горький, безнадежный. И обрывается он многоточием. Но его стоит смотреть.
мир удивителен

«МАСТЕР И МАРГАРИТА», 1972

Открыла для себя не только первое полноценное воплощение романа на экране (в том же году Анджей Вайда выпустил «Пилат и другие», по библейской части романа), не только замечательного югославского режиссера Александра Петровича, но и экранизацию, которая мне бесконечно нравится, в отличие от прочих попыток.

Прежде всего, это не совсем экранизация, точнее, совсем не экранизация. Петрович объединил «Мастера и Маргариту» с «Театральным романом». Он разъял обе вещи, расколол на нужные ему куски и воспользовался ими для составления собственного витража, собственной мысли – и сделал это прекрасно.

Драматург Николай Максудов, Мастер, пишет пьесу о Понтии Пилате, и дальше начинается кафкианская история попыток эту пьесу поставить в театре. И не важно, что Москва не похожа на Москву, а, скорее, на какой-то гигантский провинциальный город. И что герои откровенно не похожи на героев романа. Мастер, Маргарита, Воланд – внешне совершенно другие, но это не мешает, а даже обостряет восприятие происходящего на экране, отрывая от своих привычных образов и погружая в мир, созданный Петровичем.

Вся команда Воланда, вместе с ним самим, действительно демоническая – отталкивающая и привлекательная одновременно. И Бегемот тут – не ряженый в пошлый костюм кота актер, а жуткий демон, спутник Князя Тьмы.

Collapse )
профиль

На букву "А"

Мне было четыре года, когда мы втроем – папа, моя двоюродная сестра, которой тогда уже было семь лет, и я – играли в словесную игру.

Перекидывали друг другу мячик, и один говорил начало слова, а тот, кто ловил мяч, должен был сходу закончить, угадав задуманное. КОШ – КА, ТАРЕ-ЛКА, УЛ-ИЦА.

Мне страшно хотелось выиграть. Я кинула мячик сестре и сказала:
- А –

- -рбуз.

- Нет!

- -ист.

- Нет!

Сестра надула губы, я понимала, что выигрываю. Подключился папа, чуя назревающее напряжение.

- Абажур?

- Нет!

- Автомат?

- Нет!

- Ну, скажи следующую букву.

- Не скажу! Сдавайтесь!

- Ладно, сдаемся. Какое слово?

И я гордо произнесла:
- А-БЕЗЬЯНА!
профиль

Устами младенца

Мой шестилетний сын рассуждал вслух:

- Папа у нас талантливый... И деда талантливый... Я тоже талантливый... А вот ты, что ты вообще умеешь? Книжки читать, что ли? *скептически*

И ведь как прав-то был! Сыну уже 33, а я так больше ничему и не научилась.
мир удивителен

"Чернобыль"

Я отлично помню тот день – 26 апреля 1986 года. В Питере была чудная весенняя погода – солнце, перемежающееся с легким дождиком, и мы сыном долго гуляли, это был его день рожденья, ему как раз исполнилось 2 месяца. Вечером позвонил знакомый физик и сказал: "Вымой коляску, выбрось все вещи. Дождь был сильно радиоактивным". Тогда еще никто ничего не знал, да и потом все СМИ молчали, пока не всполошились датчане, которых накрыло чернобыльским облаком.

Мы питались слухами, фейками и информацией «вражьих голосов», если они прорывались сквозь заглушки. Киевские друзья рассказывали потом, как всё местное начальство смылось из города с семьями, а ничего не знающие люди продолжали гулять по улицам, полным смертью… Как одна часть каштанов стала черной, обгоревшей, а на другой цветы разрослись так бурно, что ломали ветки. Наша знакомая, врач-психиатр, видела, как радиация губит людей не только физически, она страшно воздействует на психику. В частности, пострадал ее сын, подросток.

Рассказывали, как пожарников и солдат отправляли к реактору без защиты и ничего не объяснив, и они все быстро погибли… Как людей с зараженной территории обрабатывали горячей водой, что только активизировало заражение… Как рождались двухголовые младенцы… Слухи, жуткие слухи, из которых трудно вычленить правду.

Посмотрела вчера все пять серий фильма.

Больше всего впечатлило, как американцам удалось воссоздать российскую атмосферу и быт 80-х, почти без сбоев в развесистую клюкву.

Collapse )
на выставке

Озадачили

Я подкармливаю уличных кошек. Не то, чтобы они во мне нуждались – у нас везде стоят разовые тарелки с кормом и миски с водой. Коты сытые, ленивые, довольные. Просто один местный котяра, рыжий бандит с рваным ухом и выцарапанным в боях глазом, всякий день, по непонятным причинам, встречал меня радостным мурчанием, терся о туфли и всячески выражал свою симпатию.

Так тянулось года три, и, в конце концов, он меня приручил, то есть прилапил. Разбудил мою совесть, как декабристы Герцена, и теперь я не выхожу из дома без горсти кошачьей еды. А вчера решила разнообразить подношение и наломала в пакет еще и сосиску. Хорошую сосиску, оторванную от собственного обеда.

Так вот, эти помойные кошки выели все свои мюсли, брезгливо обойдя куски сосиски. Сосиску растащили всеядные вороны.

Вот я и думаю, почему?

1. То ли кошки настолько привыкли к сухому корму, что другой уже не воспринимают?
2. То ли сосиска сделана из такой дряни, которую умные звери в рот не берут?
3. То ли – чем черт не шутит! – иерусалимские коты соблюдают кашрут?